aspasia (aspasia14) wrote,
aspasia
aspasia14

Category:

Роман АлЕксия с его гастарбайтером Вольдемаром

Вольдемар насупившись молча выводил неразборчивые крючки на бумаге и прихлебывал из нечистой кружки, напоминавшей потрескавшийся писсуар, вывезенный им в качестве сувенира из Дрездена. Этот бурш, прошедший учебу в Германии, полагал себя чистым арийцем несмотря на внешность мулата и неспособность связать два слова даже по-русски.




Сзади, элегантно постукивая начищенными ботиночками, которые он каждую ночь ставил на деревянные распорки, чтобы не потеряли форму, подошёл его хозяин Алексий и вкрадчивым тихим голосом спросил: "Владимир, вас интересуют женщины?"




Гастарбайтер привычно угрюмо молчал и показывал шефу сутулую спину. Ноздри Вольдемара с как бы вклеенными в них кусочками черного, блестящего меха, не уловили тонкий аромат духов "Долче и Габбана" . О присутствии начальника он мог бы догадаться по тонкому светлому мелированному волосу, спланировавшему к нему в чай. Но Вольдемар был неряшлив и невнимателен, и никогда не замечал, что ест и пьет, поэтому даже локон в чае остался бы незамеченным. Из дейдриминга его вывел лишь бархатный баритон Алексия, которым он ещё раз настойчиво и ласково поинтересовался: "Любите ли вы женщин, дорогой Вольдемар?"





И не дожидаясь ответа застенчивого немтыря, мистер Смирнофф добавил:





"У меня есть знакомая интеллектуалка иудейского происхождения, особа доложу вам прелюбопытная. Эта мисс ни разу не была замужем несмотря на солидный возраст и живет одна в миленькой квартирке в Коннектикуте.



Не хотели бы вы перебраться из своего скворешника к этой весьма интересной девице. Я сам когда-то ухаживал за ней и думал даже сделать выгодную инвестицию взяв её в жены и заставив работать на себя учительницей математики в младших классах. Но она не смогла убедить меня в том, что готова стать моей женой не из любви к деньгам, а по любви к решению квадратного уравнения и поэтому нам пришлось расстаться.




Но вас, я думаю, она полюбит за простоту и дыру в кармане. Эта барышня, особа крайне экзальтированная как и все еврейки, очень любит рюсски мюжик, ей кажется этот дикий славян будет удачно оттенять перья и вуаль на её шляпках. Вот вам пожалуйста фото и телефонный номер, звоните и не сомневайтесь- вам будут очень рады."






Владимир что-то неразборчиво буркнул и взял у шефа номер перезрелой девицы. В контору дяди Леши и дяди Паши на Манхеттене Буратина попал после года мучений в Корее, где поедание кислой капусты с перцем спровоцировало у него хроническую отрыжку и метеоризм, а соседство с грубым рыжим украинцем Вованом, без конца парившимся в бане голым на глазах у всего оффиса низкорослых корейцев - комплекс маленького члена.




Бесстыжий Вован своим фаллосом запугал всех сотрудников.
Корейский закон гласивший что самый большой пенис обязательно должен принадлежать начальнику не был писан для этого развязного "укропа" и хохол внаглую демонстрировал всем вокруг кто тут на самом деле Лука Мудищев.





В Корее Владимир жил не один. В руммейты он выбрал маленького хомячка Масика, на содержание которого у него не уходило ни копейки из корейской зарплаты, аккуратно откладывавшейся в Рафайзен банк. Доверчивый же зверек питался морковкой, выковырянной из ким чи и грел одинокого ученого шелковистой шерсткой и кизяками.





Бесцеремонно подкинув номерок прекрасной еврейки, Алексий и не подозревал, что подсадил работника "на измену" . Всё что он хотел сделать своим жестом - это услышать от Владимира, что тот не интересуется женщинами, а любит мужчин, то есть его- Алексия.



Но ушлый работодатель не мог и в самом страшном сне заподозрить, что скрытный наёмник его тайно женат. Повенчан с соавтором, главным гомосеком города Питера- Стасом Д. и брак этот , свершившийся на небесах и скрепленный бурными ночами в Гатчинской лачуге, где два красавца ломали шаткую койку, шепча друг другу в волосатые уши слова любви, не в силах разбить даже хомячок, не говоря уже о женщине.





Глубокой ночью Алексий стоял перед потемневшим старым зеркалом, возле которого горели толстые зеленоватые ароматные свечи, источавшие запах морской соли и рассматривал отражение гладковыбритой груди и крепких волосатых ног, представляя как Владимир присасывался бы к его нежным соскам своими пухлыми, пунцовыми губами и нежно прикусывал их белыми как жемчуг зубами. При мысли о передних двух кроличьих зубках оффисного помощника мистер Йота Кепител llc застонал от страсти и так закатил карие глазки, что чуть было не проглядел свою недалекую тещу, подколодной змеей, выползшую откуда-то из коридора и с ненавистью оглядывающую его пухлое и белое тело поповича и вставший член, не уступавший толщиной и основательностью двум с любовью выбранным в магазине крейт анд беррел свечам.





"Мастурбирует, сука, робинзон проклятый вместо того чтобы с моей дочерью спать! Для него ли гада прОклятого я свою кровинушку растила, чтобы он до двенадцати ночи в офисе штаны просиживал, а потом хуем перед зеркалом свечи околачивал вместо того чтобы мне побольше внучков делать! Да, я его гандона штопанного порчей со свету сживу и всю прибыль от Ёты Кепитэл себе на дизайнерские шмотки пущу! Я ещё и сама хоть куда, девка на выданье, глядишь и замуж выскочу если приоденусь, а то сиди тут бабкой до времени в доме этого супостата и лижи ему жопу за то, что девку мою взамуж взял, а спать с ней не хочет! До часу ночи иной раз в конторе от супружеских обязанностей прячется, а мы тут крутись по хозяйству, весь дом на нас и ещё не ебут в благодарность, а черт ти чем перед зеркалом занимаются. И гляди как выбрился срамник, где это видано чтобы у мужика на лобке волос не было и яйца гладкие! ну и вляпалась моя дура! вот ведь мать не слушаться до чего доводит!"





Оставив одного из героев нашего рассказа сгорать под злым взглядом старой ведьмы, переметнемся теперь к предмету его воздыханий чтобы проверить чем занимается в час ночной смуглая пассия злополучного начальника авторитетной конторы, подкаблучника жены и раба тещи своей святого Алексия.
***




Черноокий , чернобровый и низколобый Владимир в это же время сидел на старом, в потрескавшейся краске подоконнике неуютной халупы, снятой ему жадным Лексеем , почти голышом, в семейных трусах в клетку и отстригал щипчиками твердые, желтоватые ногти на ногах. Часть их со стуком падала на деревянную ручку футона, упиравшегося в окно, а часть оставалась на подоконнике. В комнате было темно за исключением слабого голубого свечения невыключенного компьютера, но гастарбайтера недостаток света не смущал. Он был подслеповат и привык действовать наощупь, не полагаясь полностью на язык, глаза и уши.





Время от времени он почесывал волосатую грудь или запускал руку в семейники , откладывал щипчики в сторону, тянулся и жмурился от удовольствия, произнося одну и ту же фразу: "Эхх хорррошоо!!"
И барабанил себя по груди двумя кулаками.
Ему на самом деле было очень и очень хорошо. Русский "германец" не любил и не умел думать и поэтому ему почти никогда не бывало плохо. Его мозг был устроен таким образом, что слова никогда не связывались у него в мысли и поэтому пагубно действующий на иных рефлексирующих зануд внутренний диалог никак не мог возникнуть в его чистом крестьянском мозгу.





Если Алексию в силу склада интеллигентной гнилушки требовался занакс чтобы избавиться от утонченных страданий клозетного гомосексуалиста с тягой к эс энд эму, Владимиру не требовалось для безмыслия ровным счетом ничего. Никаких допингов. Мысли у него просто не возникали в силу его происхождения и исключительного физического здоровья и даже если ему требовалось поднапрячься и написать малюсенькое письмо, всё что он мог выдать - коротенькие клише из обихода пэтэушника или слесаря-водопроводчика.




Его мозг можно было бы представить как прозрачное озеро в глубине глухого заповедника в тихую безветренную летнюю ночь,которое не омрачит ни малейшая рябь. Может быть бобер, вытащив мокрую мохнатую голову проплывает неслышно по поверхности и исчезнет, не потревожив и не расколов жидкое стекло.


(Продолжение следует)
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment